
Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Вопрос о проведении референдума по членству Армении в ЕС может возникнуть, когда страна получит статус кандидата или после официального обращения по этому вопросу к ЕС, заявил во вторник Никол Пашинян. "Сначала мы должны быть кандидатом или уже официально обратиться к ЕС для вступления. Пока этого нет, нет вопроса о референдуме", - заявил премьер Армении. Он сказал, что в Ереване понимают несовместимость членства республики и в ЕС, и в ЕАЭС. Но страна будет соотносить свою повестку с обоими объединениями до тех пор, пока это возможно.

Фото: REUTERS.
На Радио «Комсомольская правда» говорили с главою Центра социальных и политических исследований «Аспект» Георгием Федоровым.
- Зачем удерживать Армению - хотят в ЕС, пусть идут!
- Во-первых, в ЕС их не примут. Во-вторых, Армения - стратегически важный регион, - цитирует Федорова KP.RU.
- Вам скажут, что и Таджикистан - стратегически важный.
- В Таджикистане с военной точки зрения мы присутствуем. И в Армении. У нас там три погранотряда. И в Приднестровье с военной точки зрения мы присутствуем.
- Но мы в Армении уже очень давно...
- Двести лет в регионе. Охраняем границу с Турцией. Соответственно, необходимо там находиться. Ранее некоторые высокопоставленные чиновники говорили: да что нам, пускай Грузия уходит куда хочет! Но мы видим, что противник не уймется. От любого факта отпада, откола любых республик от бывшего СССР ничего хорошего нам не будет.
- Отчего же?
- Если мы и в будущем претендуем на роль сверхдержавы, то присутствие в этих регионах нам необходимо не только военное, но и политическое, экономическое, культурное. Ведь наш противник в лице, например, Турции, (а Турция - это наш геополитический противник), так вот она строит свою новую Османскую империю. И готовится поглотить и часть Грузии, и Армению. Мы видели, как они в Азербайджане присутствовали с военной точки зрения. Есть признаки, что республика не просто отуречивается – лет через 50 лет она может стать турецкой провинцией.
- Руководство их выглядит самостоятельным.
- Оно не вечно, за ним кто-то придет. Та линия, которая проводится, та экспансия, которая со стороны Турции видна, она распространяется на все тюркские народы. На Крым, на Башкирию, на Татарстан, на другие регионы. И эта экспансия идет умными методами. У них есть большой проект, который противоречит нашему проекту. Армения и Грузия в этом узловом проекте - стратегически важные регионы для сдерживания, в том числе, турецкого влияния.
- Но Турция рвется в Европу, в Евросоюз?
- Она, может, и рвется в ЕС, уже лет 30 ее туда не принимают, но мы видим в стране негативные события. Года два назад турецкому лидеру подарили карту Великого Турана, где наши Поволжье и Крым входят в эту большую территорию.

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП
- Так что касается Армении...
- В отношении Армении, при всех издержках, при всех возможных негативах по поводу политики размежевания, которую сейчас проводит Пашинян, мы должны мыслить иными категориями. Пашиняны приходят и уходят, а Армения остается. Прошло время после того, как в 2008 году был военный конфликт с Грузией - и сейчас ситуация изменилась, слава богу, в другую сторону. Хотя остается много внутри противоречий. В случае с Арменией нужно проводить активную политику.
- Так запрещают же импорт из Армении.
- Ограничения в торговле можно назвать превентивной холодной войной. Раз нам не нравится путь, по которому идет страна при этом лидере, мы должны показать бизнесу, народу Армении: от того, что Пашинян идет вне России и от России, будет плохо всем им. Но я не вижу пока, к сожалению, стройной концепции, зачем нам Армения в нашем проекте? Какую роль она играет? Если вспомнить дореволюционную Россию, Армения была понятным плацдармом, понятной территорией и народом. В СССР роль Армении тоже была довольно высокая - и с экономической, и с иных точек зрения.
- Но ниже, например, чем у Украины. И Армения была одной из тех республик, которые, несмотря на референдум в 1991 году, заговорила о том, что выходит из Союза. Разве не у них был самый высокий уровень сепаратизма?
- Там есть территории, где высокий уровень сепаратизма. Но, например, в Ленинакане, ныные Гюмри, где традиционно была наша военная база, там более пророссийские настроения. В Ереване - другие настроения. Все зависит еще от тех политических сил, которые контролируют территорию. Все эти националистические региональные территориальные организации, вроде «Дашнакцутюн», привели к тому, что рост национализма, сепаратизма вылился в негативные последствия, вымыванию русского фактора.
- А нужен им этот «русский фактор»?
- Мы должны для себя понять, какую роль Российская Федерация должна иметь в евразийском, в мировом пространстве. Советский проект был альтернативой западному проекту и для многих был привлекательным и успешным . Есть ли у нас такого проект сейчас?
- А что такое, по-вашему, русский проект?
- Это как американский или китайский проект. Это когда та или иная нация или цивилизация формулирует свое место в мире и цели, куда она стремится, какое будущее она для себя видит. Посмотрите на Турцию, Израиль, США, на СССР, на Китай, на Евросоюз. У каждого из этих субъектов был свой проект. Евросоюз сформулировал определенные ценности. Соответствует он им или нет, тем не менее, он двигается в определенном направлении. Для элит, для общества в целом видно, куда идет Израиль, Иран, Турция, США.
- А мы куда идем?
- Только с 2014 года начались попытки сформулировать идею или идеологию. Мы же в 1990 году от всех этих идей, которые были в СССР, фактически отреклись.
- Не мы...
- Хорошо – правители. Сформулировали идею - зарабатывать деньги, быть очень прагматичными, встроиться в мировую систему координат.
- Не очень то получилось.
- Соответственно, мы должны сформулировать свою идею. С моей точки зрения, это некая условно социалистическая идея - обновленного социализма.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Пашинян подтвердил, что уже выбрал ЕС, но почему-то не торопится сказать об этом России
Четыре - ноль в пользу Москвы: Россия одержала чистую победу на саммите ЕАЭС
Пашинян заразился мыслью о членстве в ЕС: узнать мнение народа он не хочет